Нашествие врага — понедельник, 22 февраля 2010-го

Черная буря

Другим врагом нашей земли была спокон веку черная буря.

Еще издали видели люди приближающуюся к ним темную стену. Вот она заслонила лес на горизонте, вот закрыла дальние поля. Может быть, это дождь? Нет, дождь не клубится, словно дым.

Далее...

Нашествие врага — понедельник, 22 февраля 2010-го

Суховей

Он приходит в Поволжье, в донские степи, на Украину из-за Каспия, из тех мест, где до самого края неба ничего не видно, кроме песков.

Много месяцев подряд с утра до ночи льет солнце на пустыню свое тепло, спою энергию. Но с этой энергией пустыне нечего делать.

Далее...

Новые люди — понедельник, 22 февраля 2010-го

Конец рассказа

Я написал этот рассказ в самом начале первой пятилетки. Тогда я не знал еще, какой будет конец у моего рассказа. Все было впереди, в будущем. Работа только начиналась.

Пятилетний план был уже составлен, но в Госплане еще шли споры о цифрах. В Гипромезе чертежники обводили тушью очертания будущих заводов и городов. В Хибинах строители, шагая по двухметровому слою снега, выбирали место для города Хибиногорска.

Тогда я написалДалее...

Новые люди — воскресенье, 21 февраля 2010-го

Заводы для переделки людей

Мы задумали великую работу. Для этой работы нам понадобится очень много чугуна, угля, железа, стали и других материалов. Эти материалы мы добудем, сырье у нас есть.

Но нужен еще один материал, самый ценный. Чем дальше, тем больше у нас будет рудников, электростанций, железных дорог, зерновых фабрик. Для всех этих фабрик понадобятся люди. Людей у нас много в стране, но и для того, чтобы выполнить план, нужны не какие угодно люди, а люди, преданные делу социализма.

Есть ли у нас такие?

Их миллионыДалее...

Новые люди — воскресенье, 21 февраля 2010-го

Борьба и работа

Но это нелегкое дело — построить социализм. Никогда еще люди не принимались за такую великую работу. Поэтому-то так напряженно прислушивается весь мир к тому, что делается у нас.

Слушают и рабочие и капиталисты, но слушают они по-разному.

Рабочие слушают и понимают, что СССР — это страна, в которой впервые их товарищи перестали быть живымиДалее...

Новые люди — воскресенье, 21 февраля 2010-го

Город будущего

Как строился старый город?

В центре города — крепость, кремль, укрепленное гнездо.

Вокруг кремля — кольцо рынков, лавок и мастерских — торговая и ремесленная часть. А когда стали строить фабрики, они опоясали город третьим кольцом — фабричным. И среди этих лавок, рынков и фабрикДалее...

Новые люди — воскресенье, 21 февраля 2010-го

Новая жизнь и новые люди

Все это будут писать о нас через несколько десятков лет.

Мы живем плохо, неразумно. Мы переделываем и перестраиваем природу, а своей собственной жизни мы еще не переделали. А ведь это самое главное. Для чего мы затеяли всю эту огромную работу, которая будет продолжаться не пять лет, а пятнадцать, двадцать и даже больше лет? Для чего мы добываемДалее...

Кто переделает мир — суббота, 20 февраля 2010-го

Состязание мастерских и заводов

Ударная бригада, бригада овладения техникой, социалистическое соревнование, встречный промфшдалан — что же это за слова и выражения?

Этих слов нет в словарях, они еще туда не попали. В стране работа идет по-новому. В стране идет постройка не только новых заводов, но и новой жизни на этих заводах. А для новых дел нужны и новые слова.

Далее...

Кто переделает мир — суббота, 20 февраля 2010-го

Рабочий-автомат и рабочий-хозяин

Многие из наших новых заводов похожи на завод Форда в Детройте. У Форда конвейеры, и у нас конвейеры. У Форда формовочные машины, и у нас формовочные машины. У Форда блюминги, и у нас блюминги. Но у Форда рабочий — автомат, у Форда рабочий не знает, что делается за стеной, в соседней мастерской. У Форда рабочий не смеет рассуждать, он обя-ван повиноваться. А у нас рабочие заглядывают всюду, говорят обо всем, разбирают и обсуждают распоряжения, устраивают какие-то совещания.

В чем же дело?

Далее...

Кто переделает мир — суббота, 20 февраля 2010-го

Часы и пружина

Как же называется эта глупая и жестокая игра, эта война всех против всех?

Она называется: «конкуренция».

Далеко не все считают эту игру глупой. Выигрывающие ее глупой не считают. Поговорите с ними. Они вам будут доказывать, что без конкуренции, без «личной заинтересованности» жить нельзя. «Личной заинтересованностью» они называют жажду наживы, жажду обогащения. По их мнению, люди только для того и работают, чтобы добиться возможности не работать. Без этой приманки, говорят они, никто работать не станет.

Далее...

Кто переделает мир — суббота, 20 февраля 2010-го

Война всех против всех

Для того чтобы иметь как можно больше денег, фабрикант старается поменьше платить тем, кто на него работает. Но ведь рабочих во много раз больше, чем фабрикантов. Кто главный покупатель товаров? Те люди, которые работают на фабриках, в магазинах, на железных дорогах, на сельскохозяйственных фермах. И чем меньше они получают денег за свой труд, тем меньше они в состоянии покупать.

Далее...

Кто переделает мир — пятница, 19 февраля 2010-го

Почему же они все-таки работают?

Почему все-таки эти американские рабочие работают, если они ненавидят труд и если этот труд на самом деле нельзя не ненавидеть?

Почему они не уходят с фабрики?

Некоторые уходят, становятся бродягами, делаются ворами, бандитами, грабителями. Случается, что грабители, объединившись в большую шайку, держат в страхе целые города — такие большие города, как Чикаго.

Далее...

Кто переделает мир — пятница, 19 февраля 2010-го

Неживые против живых

В конце концов человек на американской фабрике — это одна из машин. Есть машины живые и неживые. И нередко случается, что машины неживые отбивают работу у живых. Каждая новая машина, каждое новое изобретение выбрасывает на улицу тысячи рабочих. На стекольных заводах один человек делает в час 3 тысячи бутылок. А в прежнее время для этого нужно было 77 человек. Значит, каждая машина для изготовления бутылок выбросила на улицу 76 человек.

Неживые вытесняют живых. Неживые воюют с живыми.

Стюарт Чейз говорит:

Далее...

Кто переделает мир — пятница, 19 февраля 2010-го

Рабочие руки и рабочие головы

Есть выражение: «рабочие руки». Это выражение придумано фабрикантами. Для них нет рабочего, есть рабочие руки. Точно так же можно было бы лошадь назвать «рабочими ногами». Для фабриканта самое главное не голова, не мозг рабочего, а его руки, его десять пальцев. Рабочие головы фабриканту не нужны или почти не нужны.

«Большая часть занятых у нас рабочих не посещали школ. Они изучают свою работу в течение нескольких часов или дней».

Это — опять слова Генри Форда.

Далее...

Война с километрами — пятница, 19 февраля 2010-го

Весенние воды в плену

Через несколько лет все карты СССР придется переделывать. В одном месте будет новая река — Волго-Дон. В другом месте — новое озеро.

Для этого озера еще не придумано название. Оно соединит две реки — Каму и Печору. Сейчас на том месте, где разольются воды озера, — огромное болото. Каждый год, когда тают снега, весенние воды бегут отовсюду в Печору] и в Каму. Эти воды мы захватим в плен. Мы построим две высокие плотины, не дадим весенним водам разбегаться и соберем их в озеро. Озеро это будет длиною в 115 километров. Озеро будет проточное.

Далее...

Война с километрами — четверг, 18 февраля 2010-го

Новая река

Нам придется строить тысячи километров рельсовых и безрельсовых путей, но есть готовые пути, созданные природой. Это реки. Эти пути не всегда идут туда, куда надо. Волга могла бы заменить нам шесть рядом идущих железнодорожных путей. Но эти шесть путей идут в тупик — в Каспийское море.

Ведь Каспийское море — это не море, а озеро. Выхода из Каспийского моря в другие моря нет. Мы не можем по Волге возить лес и хлеб за границу, потому что из Каспийского моря нет пути в Черное.

Далее...

Война с километрами — четверг, 18 февраля 2010-го

Что будут делать самолеты и дирижабли?

Автомобиль и поезд — на земле, самолет и дирижабль — в воздухе.

К концу пятилетки число воздушных линий СССР возрастет в десять раз. Самолет проникнет в места, где сейчас ездят на собаках и оленях. Люди, никогда не видавшие поезда, будут летать на воздушных кораблях. Крайний север Сибири, острова в Ледовитом океане будут получать почту и газеты из Москвы.

Но самолеты будут не только возить. Самолет — не только перевозчик-письмоносец, самолет — зверолов, самолет — фотограф, самолет — агроном.

Самолеты будут работать и на зверобойных промыслах на Севере, отыскивая на белом снегу черные пятна тюленьих стад. Самолеты будут опрыскивать посевы и леса химическими средствами против вредителей. Самолеты будут снимать землю сверху — помогать нам строить железные дороги.

Война с километрами — четверг, 18 февраля 2010-го

Безрельсовые пути

3385 новых паровозов, 165 000 новых вагонов — вот сколько надо построить по пятилетнему плану. Но эти паровозы и вагоны останутся без дела, если у нас не будет автомобилей. Ведь не можем же мы к каждому колхозу, к каждой деревне, к каждому кооперативу провести железную дорогу. Железная дорога — это большая река, но большая река не может существовать без сотен речек, ручьев и ручейков, которые в нее впадают.

Нам нужны не только паровозы, но и автомобили, не толькорельсовые, но и безрельсовые пути.

Далее...

Война с километрами — четверг, 18 февраля 2010-го

Новые пути

Но переделать старые пути — этого мало. Надо построить много новых путей.

Ведь у нас во многих местах не хватает железных дорог, а из-за этого лежат в земле без пользы залежи руды, угля, удобрений, пшют леса. В Туркестане только четверть орошаемых попей засеяна хлопком. А хлопок нам нужен для наших ленинградских, московских, иваново-вознесенских фабрик. Мы везем его из Америки и Египта и тратим на это миллионы рублей. Почему же в Туркестане не везде сеют хлопок? Потому, что там приходится сеять хлеб. Если бы мы могли подвезти в Туркестан хлеб, Туркестан занялся бы своим прямым делом, и у нас был бы хлопок. Но хлеба сколько угодно рядом, в Сибири. И не везут оттуда хлеб в Туркестан только потому, что нет дороги.

Далее...

Война с километрами — четверг, 18 февраля 2010-го

Как приблизить Сибирь к Москве?

Посмотрите на карту. Проследите весь путь от Москвы до Новосибирска. Во многих местах путь идет дугой, делает ненужные повороты. Зачем так строили? Кто тут сейчас разберет. Ведь в прежние времена, до революции, дороги строились без четкого общегосударственного плана. Каждый город тянул дорогу к себе, и дорога извивалась и корчилась, — кто перетянет. И теперь нам во многих местах придется выпрямлять дороги, исправлять ошибки, сделанные не нами.

Посмотрите, какой огромный крюк делает Сибирский путь между Свердловском и Курганом. Зачем нам заходить в Челябинск, когда это совсем не по пути? От Свердловска до Кургана надо построить новый прямой путь.

Далее...

Война с километрами — среда, 17 февраля 2010-го

Дорога-гигант

У нас есть уже фабрики-гиганты. И у нас будут дороги-гиганты. Их надо построить там, где пойдут самые большие грузовые потоки.

Самый мощный грузовой поток пойдет у нас из Сибири в Москву. Это очень далекий путь. Дни за днями мелькает за окнами ровная степь. Медленно-медленно нарастают холмы. Земля то выпячивается вверх, то бессильно распластывается до горизонта. Холмы растут и превращаются в горы. Темные леса заслоняют свет, а на другой день в вагоне опять светло, за окнами — безлесная равнина. И кажется, что конца не будет белым столбикам километров, которые мелькают внизу под насыпью.

Далее...

Война с километрами — среда, 17 февраля 2010-го

Что такое железная дорога?

Одна большая фабрика лучше, чем несколько маленьких фабрик.

И одна большая железная дорога лучше, чем несколько маленьких железных дорог.

Ведь что такое железная дорога?

Железная дорога — это тоже фабрика.

На фабрике работают машины, и на железной дороге работают машины.

На фабрике мы делаем из ненужных или дешевых вещей нужные и ценные.

Далее...

Рудники зерна — среда, 17 февраля 2010-го

Великая задача

Создать оазисы в пустынях, переносить леса с одного места на другое, превращать болота в луга — вот какие великие задания дает нам пятилетний план.

Но еще труднее, еще грандиознее другая задача: переделать жизнь миллионов людей, вырвать с корнем нищету, темноту, рабство.

Ведь нам нужны колхозы и совхозы не только для того, чтобы у нас был хлеб

Далее...

Рудники зерна — среда, 17 февраля 2010-го

Переделаем карту СССР

Хлеб — самый ценный, самый нужный уголь.

И этого угля у нас будет довольно, если мы правильно наладим груд. Мы не можем увеличить запасы угля или торфа, но запасы хлеба мы можем удвоить, утроить, удесятерить.

Мы можем оросить пустыни, осушить болота, распахать степи и заставить пески давать хлеб.

Далее...

Рудники зерна — вторник, 16 февраля 2010-го

Машины, которые помогут нам добывать молоко и масло

Кроме хлеба, нам нужны еще молоко, мясо, масло и многое другое. Чтобы добывать больше хлеба, мы устраиваем зерновые фабрики с комбайнами, сеялками, тракторами.

А как построить фабрику молока или мяса?

Разве есть такие машины, которые помогают добывать мясо, выращивать скот?

Есть, и не одна, а много.

Тот же трактор поможет нам добывать мясо.

Далее...

Рудники зерна — вторник, 16 февраля 2010-го

МТС

МТС — машинно-тракторные станции. Устраиваются они для того, чтобы помочь деревне перейти от ручной работы к машинной, от единоличного хозяйства к общественному.

Первая МТС была устроена в 1928 году в совхозе имени Шевченко. МТС заключила договор с 26 селами. Договор был гакой: крестьяне объединяют все свои поля и уничтожают все межи, а станция предоставляет крестьянам тракторный отряд со всеми прицепными орудиями и посылает им в помощь своих агрономов и механиков.

Далее...

Рудники зерна — вторник, 16 февраля 2010-го

Живой двигатель или железный?

На зерновой фабрике двигатель — трактор.

А какой двигатель у крестьянина?

Лошадь.

Это самый жадный, прожорливый из всех двигателей. Лошадь съедает половину того, что добывает крестьянин в своем хозяйстве. В степной Украине крестьянин тратит на содержание лошади 300 рублей в год — столько же, сколько на содержание всей своей семьи.

Далее...

Рудники зерна — вторник, 16 февраля 2010-го

Когда один человек заменяет сто!

Но для большой фабрики нужны большие машины. Есть ли такие машины?

Есть. Прошло то время, когда серп и коса были единственными жатвенными орудиями. Теперь есть такие машины, из которых каждая заменяет сотни серпов и кос. Теперешний жнец — это машинист в прозодежде, в защитных очках, с руками, коричневыми от машинного масла. Он стоит на мостике своей машины — комбайна, высоко над землей. В руках у него свисток. Свистком он отдает приказания рулевому.

Далее...

Рудники зерна — вторник, 16 февраля 2010-го

Фабрика на колесах

А как же с машинами? На всех фабриках машины крепко стоят на месте, привинченные к полу, к фундаменту.

А на зерновой фабрике машинам стоять не приходится, их надо будет перетаскивать с места на место.

Как это устроить?

Поставить машину на колеса.

Далее...

Рудники зерна — понедельник, 15 февраля 2010-го

Расчеты профессора, который не умеет считать

Один профессор даже таблицу составил для того, чтобы показать, как много придется рабочим тратить времени на ходьбу. Профессор считает, что каждому рабочему надо будет в день делать шесть концов. Утром — от главной усадьбы до участка, где идет работа, — один конец. Обратно в усадьбу — обедать — второй конец. После обеда на участок — третий конец. С участка в усадьбу ночевать — четвертый коней. Да к тому же, считает профессор, может пойти дождь, будем считать один дождь в день. Рабочему надо укрыться от дождя, — вот и пятая прогулка на усадьбу. А после дождя надо опять на работу, — вот и шестая прогулка.

Далее...

Рудники зерна — понедельник, 15 февраля 2010-го

Фабрики без стен и без крыш

На каком-нибудь металлургическом заводе или на химической фабрике задача ясная: есть машина, есть сырье, и нужно из этого сырья сделать сталь, чугун, мыло, соду, суперфосфат1.

Нужна вода — рабочий открывает кран, и вода идет куда надо. Нужен свет — повернули выключатель, есть свет. Нужна электрическая энергия — включили ток, есть энергия. Самый сильный холод — в 200° ниже нуля, самый сильный жар — в 1000 — 2000° выше нуля, давление в тысячу атмосфер, разрежение в тысячную долю атмосферы — все это в полном распоряжении рабочего на фабрике.

Далее...

Химический цех нашей страны — понедельник, 15 февраля 2010-го

Война с вещами

Но не так легко построить все эти химические заводы, которые нам нужны. Мало того, что придется к концу пятилетки увеличить выпуск химических аппаратов в двенадцать раз. Мало того, что придется подготовить тысячи химиков. Самая большая трудность в том, что почти все эти производства — новые для нас производства. И не только для нас. Все заграничные заводы, добывающие искусственные удобрения, искусственный шелк, искусственную кожу, — ведь это все новые заводы, возникшие только в последние годы. Многое хранится в тайне, многого иностранные фабриканты нам не скажут. Нам нужно эти тайны раскрыть, заново открыть то, что уже открыто. И вы думаете, это так просто — добыть из воздуха азот для удобрений или превратить дерево в шелк?

Далее...

Химический цех нашей страны — понедельник, 15 февраля 2010-го

Химический цех страны-фабрики

Мы сжигаем в топках коксовые газы, вместо того чтобы добывать из них и из воздуха аммиак. Мы выпускаем на воздух сернистый газ из медеплавильных печей и отравляем им окрестности — вместо того чтобы делать из этого газа серную кислоту, а серная кислота нам понадобится для многих производств. У нас миллиарды тонн фосфоритов, самые большие в мире залежи калия, а между тем наши] поля голодают, и крестьяне не знают, что такое фосфор и калий. У нас еще недавно не было ни одного завода искусственного шелка, искусственной шерсти, искусственной кожи. Нам не хватает бумаги для книг и газет. А ведь для того чтобы делать бумагу, искусственный шелк, искусственную кожу, искусственную шерсть, нужно не какое-нибудь особенное сырье, а дерево, которого у нас сколько угодно.

Далее...

Железные мастера — воскресенье, 14 февраля 2010-го

Можно ли работать без ошибок?

Огромный зал. Поперек зала во много рядов стоят станки — стоят, как дома в городе.

Токарные станки, сверлильные, строгальные, болторезные, гайкорезные, фрезерные, шлифовальные. 1360 станков.

Между станками — улицы, сотни улиц.

По улицам длинными вереницами движутся не люди, а вещи — части, детали трактора.

Далее...

Железные мастера — воскресенье, 14 февраля 2010-го

Завод-автомат

Каждой новой машине, которую мы строим, мы дадим точное задание, точный план: столько-то изделий в час, столько-то в день, столько-то в год.

Но и весь завод тоже должен работать по плану.

У каждого завода свой маленький план. Но из этих маленьких планов построен большой план, пятилетний. И для того чтобы большой план выполнить, нужно, чтобы были выполнены все маленькие планы.

Далее...

Железные мастера — воскресенье, 14 февраля 2010-го

Два Ленинграда и три Урала

Нам нужны в первую очередь — станки, паровые молоты, ковочные машины, прессы, ножницы, пилы.

Но для того чтобы эти машины работали, нужны двигатели: паровые и водяные турбины, дизеля, электромоторы.

Есть они у нас?

Мало.

Далее...

Железные мастера — суббота, 13 февраля 2010-го

Вещи, которые делают вещи

Когда-то человек делал все сам, своими руками. Теперь вещи сами делают вещи. Человек вложил инструмент в железную руку машины и приказал машине работать.

Видели ли вы когда-нибудь токарный станок?

Чем он работает?

Инструментом, остро отточенным резцом. Но этот резец зажат не в человеческой руке, а в железном держателе.

Далее...

В поход за металлом! — суббота, 13 февраля 2010-го

Страна, созданная планом

Для того чтобы перестроить страну по пятилетнему плану, нам понадобится очень много металла и очень много угля. Металл и уголь нужны будут и северу, и югу, и центру, и востоку, и Дальнему Востоку. А где у нас угольные шахты и металлургические заводы? Большая их часть расположена на западе. Страна у нас однобокая: на западе — города, заводы, железные дороги, на востоке — тишина и безлюдье. Страна выросла однобокой, уродливой оттого, что раньше никто не заботился] об «окраинах». Но теперь «окраины» стали равноправными участницами великого строительства, вся страна растет, все ее огромное тело требует пищи — угля и металла. Справится ли запад с этой задачей — дать металл и уголь всей стране? Нет, не справится. Нужна вторая угольно-металлургическая база — на востоке, — и эту базу надо создать.

Далее...